Вопрос о наибольшей заповеди

Возможно, когда они читали Закон до пришествия Спасителя, у них стоял вопрос, какая в нём великая заповедь; и фарисей не спросил бы об этом, если бы это не исследовалось у них долгое время, но так и не было найдено, пока не пришёл Иисус и не объявил её.

Perhaps while they read the Law before the Saviour's coming, it was a question among them which was the great commandment in it ; nor would the Pharisee have asked this, if it had not been long time enquired among themselves, but never found till Jesus came and declared it.

Если бы Господь не дал ответа искушавшему Его фарисею, мы сочли бы, что нет заповеди большей, чем остальные. Но когда Господь добавляет: «Сия есть первая и наибольшая заповедь», мы узнаём, как надо думать о заповедях: что есть великая и есть меньшие, вплоть до наименьшей.

If the Lord had given no answer to the Pharisee who thus tempted Him, we should have judged that there was no commandment greater than the rest. But when the Lord adds, This is the Jirst and great command ment, we learn how we ought to think of the commandments, that there is a great one, and that there are less down to the least.

по своду Фомы Аквинского «Золотая цепь» (англ. пер. 1842), к Мф 22 — источник. Английский текст — распознанный скан издания 1842 г., возможны огрехи распознавания.

Как проверено: каждая выдержка дословно найдена в тексте источника машиной; перевод и пересказ сверены двумя моделями разных семей и слепым критиком; спорное правлено и проверено заново.